Программа опирается на теорию больших циклов, чтобы ответить на один вопрос: почему изучать границу человека и ИИ нужно именно сейчас. Эта страница — откуда теория выросла, чем она оперирует и какое место занимает в методе.
Линия ниже — не биография ради биографии. Это путь метода: из какой школы он вышел, на каких данных построен и как дошёл до сегодняшнего разговора об укладе ИИ.
Николай Кондратьев родился в Костромской губернии. Путь в науку — через учительскую семинарию и юридический факультет Петербургского университета.
Учитель Кондратьева — Михаил Туган-Барановский, один из первых исследователей промышленных кризисов. От него — сама постановка: экономика движется не случайными скачками, а волнами, и у волн есть внутренняя логика.
Кондратьев основывает и возглавляет Конъюнктурный институт в Москве — центр эмпирического изучения экономической динамики. Метод строится на данных: цены, процент, зарплаты, внешняя торговля по Англии, Франции и США почти за полтора века.
В работах «Мировое хозяйство и его конъюнктуры» и «Большие циклы экономической конъюнктуры» описаны волны длиной 45–60 лет: подъём на новом технологическом основании — исчерпание — перелом. Теория сразу вызывает жёсткую дискуссию.
Кондратьев арестован, в 1938-м расстрелян; реабилитирован в 1987-м. Научная линия обрывается на родине — и продолжается за её пределами.
Йозеф Шумпетер в «Business Cycles» связывает длинные волны с кластерами инноваций и закрепляет за ними имя — кондратьевские волны. Так метод входит в мировую экономическую науку.
Герхард Менш, Кристофер Фримен и другие развивают связку «волна ↔ базовые инновации»: каждая волна поднимается на своём пакете технологий — пар, железные дороги, электричество, электроника.
В «Технологических революциях и финансовом капитале» Перес показывает, как технологический уклад разворачивается через фазы внедрения и зрелости — и что на стыке укладов меняются институты, профессии и нормы работы.
Исследователи длинных волн спорят о нумерации и датировках, но сходятся в главном: волна информационных технологий зрелая, а следующее технологическое основание связывается с искусственным интеллектом. Здесь начинается наша программа.
Большой цикл экономической конъюнктуры: подъём, исчерпание, перелом. Не расписание, а форма движения — датировки всегда приблизительны.
Пакет базовых технологий, на котором волна поднимается: пар → железные дороги → электричество → электроника. Уклад определяет не только производство, но и организацию труда.
Момент, когда старый уклад исчерпан, а новый ещё не развернулся. На переломе меняются институты, образование, профессии — и сам способ думать о работе.
Теория выросла из полутора веков данных, а не из умозрения. Для нашего корпуса это образец: сначала ряды наблюдений, потом выводы.
Кондратьев — рамка момента. Теория больших циклов отвечает в программе ровно на один вопрос: когда мы находимся. Ответ: на переломе волны, при смене технологического уклада — в точке, где по всей логике теории должен меняться и способ думать.
Отсюда главный практический вывод манифеста: изучать изменения мышления нужно во время перехода, а не задним числом — после того, как новый уклад станет невидимой нормой, граница исчезнет из наблюдения.
Приоритетность в методе: контекстная опора. Теория Кондратьева датирует момент и обосновывает срочность — но ежедневная работа корпуса ей не оперирует. Рабочий аппарат исследования даёт вторая опора — семиотика Лотмана; их стык разобран на странице «Смыкание двух подходов».